В ночь тринадцатую (которая была
и ночью, и тринадцатой условно – ведь ведьмы справляли свои шабаши уже не
первый месяц, а ночь для одного места была днем для другого) пресная и
будничная атмосфера вечеринок несколько разрядилась. Да, она была именно
пресной - по крайней мере, для девушки в кроссовках уж точно, а для других,
слетавшихся еженощно на пляски, несомненно, будничной: они посещали Уэльскую
поляну с усердием, коему бы позавидовал любой честный труженик. А с каким
нетерпением они ждали наступления темноты, как тщательно подбирали наряды и
аксессуары! Но кладовые их предков не были неисчерпаемыми. Что-то приходилось
надевать по два, а то и по три раза, а любимые туалеты и вовсе хотелось носить
вечно, не снимая.
Но вот настала тринадцатая ночь.
Бенефис очень способной
чародейки. Темно-бардовый кринолин и корсет китового уса вызвали завистливый
шепоток у доброй половины товарок. Остальные громко и горячо поздравили
подружку с удачным выбором. Лучшего и желать нельзя: и без того стройная талия
стала почти осиной, выгодно подав и грудь – декольтированную, но не слишком. На
чуть смуглой коже (от природы, хотя имелся целый десяток заклинаний для
достижения похожего эффекта) мириадами огней рассыпались великолепные
бриллианты – браслеты на обнаженных руках и тяжелое колье на шее, в волосах же
сияла диадема. Даже главная ведьма при виде этих камней посетовала на
несовершенство своей коллекции драгоценностей.
- Черт возьми!- воскликнула она,-
любая женщина согласилась бы умереть взамен на день, нет, на час обладания этим
сокровищем!
Хозяйка бриллиантов скромно
промолчала; ее щеки слегка порозовели.
- Хвалю!- решительно и просто
промолвила другая, приятельница старшей чародейки, со свойственной ей прямотой.
И прибавила:
- Просто класс! Шик и блеск!
Очень способная ведьма в ответ на
этот комплимент чуть склонила голову.
- Боже!- схватилась за голову
обладательница серебряного кувшинчика.- Ронни просто с ума сойдет!
- На это и рассчитываю,- наконец,
подала голос девушка в бриллиантах.
- Помилуй, а как же я? Можно и не
мечтать об одном-единственном танце?- спросила, волнуясь, главная.
- И нам!- хором отозвались
остальные. Все, кроме чародейки в кроссовках – та молча сидела у костра и
поддерживала огонь, а отлучалась от него только затем, чтобы набрать еще
хвороста и сухой травы. В глазах новоявленного кострового плясали блики
пламени, а мысли блуждали далеко. Тот балкон… лучше его пока не посещать, лучше
его вообще не посещать, но как? Она все равно не выдержит, прилетит туда, не
сегодня, так завтра, не завтра, так послезавтра. Очень грустно, но Марик навряд
ли спохватится, что она давно не надоедала ему своими появлениями, и уж конечно
не пожалеет об ее отсутствии. А жаль. А, может, все будет иначе, но она об этом
не узнает все равно. Он не скажет, он гордый.
Ведьмочка подбросила в огонь
очередную порцию дровишек и смахнула с колен приставшие к джинсам клочки сена. Оглянулась
– вот и кавалеры. С которыми она не танцует.
- Вот это да!- раскатился по поляне
довольный голос Ронни: он увидел свою даму.- Вот ты какая сегодня!
«Да, вот такая я у тебя,-
подумала девушка в бриллиантах.- И все благодаря тебе! Захочешь – я буду еще
лучше, вот увидишь!»
- Ты так загадочно улыбаешься,-
изумлялся Ронни.- Плутовка! Признайся, собираешься меня приворожить?
«Уже,- опустила ресницы очень
способная чародейка.- Поверь, это уже случилось, и, надеюсь, навсегда! Раз тебе
не все равно, как я одета и что думаю!»
- Что с тобой поделаешь?! Разве
что ангажировать на… с чего начнем? Кадриль, вальс, другое?
- Кадриль,- вмешалась старшая;
девушка в бриллиантах скромно сияла.
- Отлично! Так как насчет
кадрили?- он повернулся к своей даме.
- Согласна!- радостно объявила та
и позволила увести себя в круг.
- Моя маркиза, нет, моя королева,
позвольте…- расшаркался перед главной Джадд и получил благосклонный ответ.
Мэттью и волшебница с кувшинчиком
переглянулись и тоже приготовились начинать па.
Херувимом завладела приятельница
старшей с молчаливого согласия остальных ведьм.
Две оставшиеся без пары подсели к
костру.
Заиграла музыка.
- Ты обворожительна, нет, ты
изумительна!- восклицал Ронни; чародейка в его объятиях счастливо краснела и
отводила глаза, боясь показать свою радость.
- Ах, Ронни,- наконец, заговорила
она,- стоят ли таких похвал кучка холодных камней и старое платье?
- Бог мой, разве я о камнях и
одежде? Я о тебе – ты сегодня очаровательна, восхитительна!
- Ронни!- она склонила голову ему
на плечо.
Другие пары без конца обсуждали
Ронни и его даму.
- Как вы думаете, друг мой,- вопрошала
Мэттью хозяйка кувшинчика,- пойдет ли мне этот цвет и фасон?
Мэттью окинул взглядом фигуру
визави.
- Хотите знать мое мнение?-
наклонился он к своей даме.
- Да, конечно!
- Вам пойдет любой наряд!
- Значит…
- Имейте терпение дослушать. Я бы
не советовал вам копировать туалет вашей подруги, поскольку он на ней, и она в
нем весьма эффектна. Будьте оригинальны!
- Хорошо, я буду!- робко
промолвила ведьма, окончательно сконфузилась и замолчала. Правда, не настолько,
чтобы не интересоваться чужими разговорами.
- Вы прекраснее всех!- уверял
главную чародейку Джадд.- Золото ваших волос несравненно лучше золота в ее
волосах!
- Спасибо, мой верный паж,- в ее
глазу блеснула слезинка.
- А ваши слезы лучше бриллиантов,
но, пожалуйста, не плачьте!
Ведьма с кувшинчиком хихикнула.
Мэттью удивился:
- Вы что?
- Ничего,- она уже не смеялась, а
прислушивалась к беседе Херувима с его дамой.
- Несомненно, ваша подруга
сегодня царица бала. Не ваша лучшая подруга, а другая,- церемонно рассуждал
юноша.
- Я поняла,- кивнула волшебница.-
В сущности, мы все – лучшие друзья.
- Иначе вас здесь бы не было,-
подхватил Херувим.
- Но одну я действительно знаю и
люблю дольше других. Кстати, это она пожелала видеть тебя среди приглашенных.
- Иначе и быть не может,-
поклонился собеседник.
Дамы поменяли кавалеров, а
кавалеры - дам. Все, кроме очень способной чародейки и Ронни.
Так продолжалось всю ночь.
Наконец, главная спохватилась и
стала разгонять гуляк.
- Пора! Рассвет на носу!
Пары неохотно разомкнули объятия.
Девушка в кроссовках загасила костер.
- Проводи меня,- попросил Ронни
чародейку в бриллиантах. Та просияла и пошла с ним до дороги, по пути гадая,
что же он скажет – или сделает – перед отъездом.
- Ну, увидимся,- проговорил
кавалер возле авто и пожал руку своей спутнице.
- Увидимся!- ответила она.
«Рукопожатие – уже кое-что, но
хотелось бы большего», - подумала ведьма. И вздохнула.
Потом села на метлу и полетела
домой – мечтать о Ронни. Поляна опустела.
***
…За всю ночь Марик дважды выходил
на балкон, но так и не вспомнил, зачем. Ведьмочка в кроссовках на этот раз и не
подумала ему докучать, да и не смогла бы все равно: всю ночь она провозилась с
костром, а, когда шабаш подошел к концу, то времени едва хватило, чтобы успеть
добраться до дому. Куда она и улетела – и сразу залегла спать.
Спала и ее подруга – устала во
время бала. Снился ей Ронни. Он загадочно улыбался и кружил ее в немыслимом
танго, от которого перехватывало сердце и дыхание. «Настоящий мачо,- млела она.-
Вот он какой!»
…Остальные тоже не бодрствовали,
но сладких грез не видели.
